Wally Wood

Вудивительный – история Уолли Вуда.

 

  Уоллес Вуд был рожден 17 июня 1927 года в городе Менега, Миннесота. Согласно Джиму Стеранко, он и его отец Макс, работавший лесорубом, часто дрались. В Wally Wood Sketchbook Стеранко замечает, что «оба имели сильно эго, плохо выносили критику, были эгоцентричны и упрямы». Отец не одобрял изучение сыном искусства рисования, жалея, что Уоллес не был похож на своего брата, Гленна.

  Уолли Вуд же любил рисовать. Его арт, должно быть, быть источником комфорта и стабильности в жизни замкнутого и молчаливого подростка. Семья Вуда постоянно переезжала из города в город, нигде не задерживаясь подолгу. И все же мать Уолли, Элма Вуд, поддерживала сына, и даже сшивала страницы с его рисунками в крошечные «комиксы».

   Элма была творческой личностью – работала учителем, любила писать рассказы и песни. Неизбежным являлось постепенное разaрушение ее брака с холодным и отстраненным мужем. Когда Уолли все еще был подростком, его родители развелись. Посреди захватившего его жизнь хаоса, рисование оставалось единственным, что он четко мог контролировать. При помощи карандаша и кисти он мог создать порядок из хаоса.

  Вуд даже в свои юные годы был невероятно одаренным художником. Его ранние рисунки буквально излучают мощь и креатив, обычно несвойственные аматорам. Уолли уже мог рисовать пристойно, но ему было мало умения рисовать предметы узнаваемыми. Вуд изучал и копировал арт своих кумиров – авторов газетных стрипов и гигантов медиума: Роя Крейна, Уилла Айснера, Мильтона Каниффа, Алекса Реймонда и, конечно, Хэла Фостера. Небольшим преувеличением будет сказать, что вышеперечисленные пять авторов повлияли на все последующие поколения картунистов вплоть до современных авторов. Стеранко, Джон Бусема, Джек Кирби, Нил Адамс, Френк Фразетта и сам Вуд признавались, что стрипы вроде Prince Valiant или Flash Gordon пробудили в них интерес к рисованию. Сам Вуд признавал Хэла Фостера человеком, оказавшим наибольшее влияние на него как автора. Вуд тщательно изучал арт газетных стрипов, изучая ремесло и постигая тонкости процесса.

  Вскоре после развода родителей Вуд вступил в армию, присоединившись к морским вооруженным силам. Отслужив и освободившись в 1946 году, Вуд вступил в парашютные войска, где и прослужил последующие два года. После этого Уолли вернулся в Миннеаполис, где и стал жить в одном доме с матерью и братом. Он учился в Школе Искусств Миннеаполиса и подрабатывал на разных работах. Спустя несколько месяцев такой пресной жизни Вуд решился на переезд. Он отправился в Нью-Йорк, где нашел себе более подходящую работу.

   Почти сразу Уолли устроился не простым клерком, а стал ассистентом самого Уилла Айснера! В обязанности Вуда входило быть леттерером легендарного The Spirit. Помимо этого Вуд также был леттерером еще одного важнейшего стрипа – Terry and the Pirates, придуманного Мильтоном Каниффом. Вуд, впрочем, знал, что никогда не смог бы долго быть чьим-то помощником, и быстро добился возможности рисовать собственные комиксы.

   Поначалу он сотрудничал с другим художником, Гарри Гаррисоном (тем самым, который вскоре променяет должность картуниста на писательскую, став автором цикла о «Крысе из нержавеющей стали»). Поначалу Гаррисон был инкером работ Вуда, но вскоре, после того как Уолли достаточно хорошо овладел техникой работы с тушью (это еще мягко сказано: Вуд считается одним из лучших инкеров в истории) , их роли поменялись. В 1949 году вышел первый сольный комикс Уолли Вуда, напечатанный в True Crime Comics.

   Уолли искренне считал, что талант и тяжкий труд автоматически будут вознаграждены. Однако, первым же нанимателем юного Вуда был Виктор Фокс, уже в то время известный как феноменально «скользкий» издатель, имеющий привычку «забывать» платить авторам, обкрадывать их и дурить. Фокс был грубым, крикливым толстяком, не расстающимся со своей сигарой, вечно указывающим всем что делать. Вуд и Гаррисон были уверены, что издатель утаил от них их гонорар в размере нескольких тысяч долларов. Так Уолли Вуд рано укрепился во мнении, что издателям доверять не стоит.

   К счастью, недостатка в хороших издательствах тогда не было. Вуд с радостью работал на Avon, рисуя Strange Worlds, Space Detective и The Mask of Fu Manchu вместе с коллегой Джо Орландо, с которым он познакомился в 1950 году и создал множество работ. Вуд и его партнеры были счастливы, сотрудничая с Avon и Fox, но по-настоящему оценили художника только когда он начал работать с EC – Entertainment Comics. И издатель Билл Гейнс, и редактор Эл Фильдштейн были профессионалами и фанатами работ Вуда, обращаясь с ним соответственно. EC уже тогда было известно своей необычной атмосферой, скорее, дружеской, чем деловой. Все авторы, работавшие над комиксами для издательства, были друзьями, а Билл Гейнс платил и в несколько раз превышающие норму гонорары. Фильдштейн же всячески поощрял начинания всех художников, что тоже по тогдашним меркам было беспрецедентно. Гаррисон и Вуд все еще были отличным дуэтом, но редакторы уже тогда видели в молодом художнике способного и самостоятельного профессионала. Гаррисон вскоре стал писателем, а Орландо наслаждался соло-карьерой в EC. Окружённый лучшими авторами и художниками в индустрии, Вуд расцвел.  

   Уолли быстро приобрел репутацию прекрасного художника. В начале пятидесятых годов он был необычайно плодовит, рисуя ныне считающиеся классическими истории для MAD, Weird Science, Weird Fantasy, Shock SuspenStories и Frontline Combat. Вуд бесстрашно эксплуатировал все жанры в комиксах от научной фантастики до ужасов, овладев всеми ими в совершенстве.

  В 1950 году Уолли Вуд женился на Татьяне Вейнтрауб. Он был счастлив, влюблен и богат – EC сделало из него суперзвезду. Все наслаждение жизнью отразилось в его рисунках. Его научно-фантастические истории считаются эталоном жанра. Его дизайн персонажей и окружения, точеная техника, богатая фантазия и понимание самой сути комиксов революционизировали жанр. Он экспериментировал с широким спектром техник, осваивая их с потрясающей скоростью. Вуд считается непревзойденным мастером «feathering» - техники рисования, напоминающей штриховку, отличительной частью которой является нанесение туши неравномерными штрихами. Алекс Рэймонд и Хэл Фостер были первыми, кто использовал такую технику для создания огромных воскресных стрипов, но Вуд приспособил ее для своих нужд, для создания относительно небольших панелей комиксов. Арт Вуда отличался своей четкостью, чистотой и совершенством. Вуд контролировал каждый аспект рисунка, добиваясь идеала. Он освоил очень сложную технику затенения, добившись того, что его стилизованный арт выглядел достаточно реалистично.

   Фанаты комиксы Вуда обожали. Что тогда, что сейчас. Гейнс и Фильдштейн были среди его самых преданных поклонников. На самом деле Фильдштейн написал сценарий к самой известной работе Вуда – «My World» из Weird Science #22. Вуд методично создавал каждую панель к этой шестистраничной истории, и «My World» сразу после выхода был приравнен к неоклассике.

   Когда в 1954 году Харви Курцман запустил MAD, он в числе других авторов пригласил и Вуда. Комбинация динамичных, проработанных сценариев Курцмана и отточенного арта Вуда оказалась волшебной. Оба отлично дополняли друг друга и были счастливы работать вместе. Способной Уолли имитировать стиль других художников при работе над MAD была неоценима. Курцман и Вуд успешно пародировали Superman, Batman, Blackhawk, Terry and the Pirates, Flash Gordon, Prince Valiant. Именно эти смешные пародии превратили MAD в мастодонта и позволили запустить на его основе MAD Magazine, контрибьютором которого Вуд выступал в течение многих лет. В множестве случаев пародии Вуда выглядели более удачными, чем оригинал.

   В 1955 году MAD превратился в MAD Magazine. Перед Уолли встало множество новых проблем (журнал в корне отличался от комиксов и иллюстрации для него также должны были соответствовать форме), но он, как и всегда, предпочел встретить их с открытым забралом. Его арт стал более утонченным, более детальным. Курцман вскоре покинул журнал, чтобы основать свой собственный – Trump! – но Вуд остался, продолжая рисовать. Арт Вуда впитал в себя всю ту спонтанность, что имели наброски Курцмана, словно Уолли овладел техникой Харви.

   Многие считают комиксы для EC, созданные когда художнику не исполнилось еще и тридцати, его творческим пиком. Гениальность комиксов Вуда его «EC-периода» позволяет забыть, что в то же время Уолли рисовал кучу всякой всячины для Avon в свободное от работы время. Он даже умудрился нарисовать несколько частей классического The Spirit (божественный арк про полет на Луну, чей кавер с грустноглазым Дэнни Кольтом, не уступает историям самого Айснера ни в чем).

   Конечно, за такую продуктивность нужно было платить. Он был широкоизвестен своим умением работать дни напролет. Вуд часто засыпал прямо за рабочим столом, и, как и многие другие картунисты, он позволял алкоголю стимулировать его рабочие сессии. И все же на его стороне была молодость и железная воля.

   Не все было гладко и с его нанимателем. Даже в EC Вуд периодически чувствовал, что его недооценивают. Его раздражала манера перфекциониста Курцмана укорять Вуда за незначительное несоблюдение исторической достоверности, при этом не замечая, что всю остальную работу он выполнял безукоризненно. В Курцмане Вуд видел еще большего любителя контроля, чем он сам. Но, как бы он не уважал своего коллегу, Вуд ненавидел идею подчинения.  И все же эти инциденты были единичными. Вуд позже будет вспоминать свое время в EC как самое счастливое в жизни.

  Ничто не длиться вечно. К 1956 году EC уже практически были банкротами. Благодаря усилиям Фредерика Вертама, оно стало жертвой «охоты на ведьм», устроенным обеспокоенным заявлением Вертама конгрессом. Все комиксы издательства за исключением MAD были отменены.

  Вуд же продолжал рисовать. MAD по-прежнему отлично продавался и все также щедро оплачивал услуги своих контрибьюторов. Вуд это помнил и ценил: за двенадцать лет сотрудничества он ни разу не нарушил график сдачи материалов. Вуд также немного поработал для Timely/Atlas под надзором Стэна Ли, и периодически рисовал военные комиксы для DC. И все же количество создаваемых им комиксов драматически упало. Оплата была скудной, а количество заказов было стабильно крошечным. В многих случаях сценарии, которые он иллюстрировал, были куда хуже, чем принято было писать в EC. Но даже в такой депрессивный период Вуд процветал.

  Он начал сотрудничать с рекламными компаниями, производя коммерческий арт, а также продолжал совершенствовать свои художественные способности.  В 1956 году Курцман покинул MAD чтобы основать свой журнал, спонсируемый издателем Playboy, Хью Хэфнером. Trump продержался всего два выпуска, но сам по себе был великолепным – напечатанным на толстой глянцевой бумаге, имеющим неограниченный бюджет, выходящим в большом журнальном формате. Даже возрожденный MAD блекнул перед новым детищем Курцмана. Вуд помог создать первый номер журнала, активно используя возможность продемонстрировать свой талант.

  После этого он вновь вернулся к комиксам. В конце пятидесятых Вуд был инкером Challengers of the Unknown Джека Кирби, и работал над газетным стрипом Sky Masters. Вуд любил стиль Джека, и их совместное творчество было великолепным. Грубоватый, неудержимый и мощный стиль Кирби выгодно был подчеркнут грамотным инкингом Вуда, точным и утонченным. Некоторые считают Вуда лучшим инкером Кирби, а этот период лучшим в карьере Короля Комиксов. Вишенкой на торте стали для Уолли две награды Национальной Ассоциации художников, заработанные в 1957 и 1959 годах.

  В выбранном им медиуме Вуд был триумфатором. Но личная его жизнь все больше разлаживалась. К началу шестидесятых годов он все больше чувствовал себя уставшим, его проблемы с алкоголем стали заметнее, а брак с Татьяной оказался под угрозой. Sky Masters был отменен в 1961 году, но за несколько месяцев до этого Вуд и так прекратил производство стрипа. Уолли все больше разочаровывался в жизни.

  Ко всему прочему Вуд в течение всей жизни страдал от необъяснимых головных болей. Его ассистент описал их как «нескончаемые». Вуд стал пить еще больше, чтобы притушить боль, но, к сожалению, от этого она только усиливалась. В конце концов головные боли начали влиять на его способность рисовать. В 1964 году редактор MAD отверг одну из его историй – первый отказ с того момента, как Вуд помог запустить MAD двенадцатью годами ранее. Злой и униженный, Вуд ушел. Расс Джонс, автор, работающий с Вудом в то время, вспоминает, что, возможно, редакторы даже не хотели отказывать ему в публикации стрипа. Это, возможно, было шуткой, одной из многих, устраиваемых в офисе самого смешного журнала в мире. Уолли же отреагировал неадекватно. Он позвонил Биллу Гейнсу и сказал, что уходит. Гейнс множество раз звонил Вуду с просьбой передумать, но в итоге обе стороны остались ни с чем – Вуд потерял своего самого щедрого клиента, MAD остался без талантливого автора.

   Когда его альтернативы в форме MAD и Sky Masters исчезли, Вуд был вынужден вернуться к созданию комиксов. Работой Вуда снабжал Винс Колетта, создающий свои стрипы для Charleton – беднейшего в индустрии издателя. Charleton был известен своими низкими гонорарами, и Уооли получал всего по десять долларов за страницу готового арта. Декадой ранее в EC он зарабатывал в пять раз больше. Карьера Вуда достигла своего дна. Согласно ассистенту Вуда, художник был занят бесконечным рисованием военных историй для Колетты. Жена Вуда готовила для них сэндвичи и варила крепкий кофе, мужчины курили сигары и боролись со сном. Производство таких комиксов напоминало конвейер. Почти всегда Вуд и его помощники работали ночь напролет, после чего доставляли готовые страницы в офис Колетты на сороковой улице, шли домой и валились в кровать обессиленными.

  К счастью, работа на Charleton была для Вуда лишь остановкой на жизненном пути. В конце 1964 года он вернулся в Marvel, где начал писать новые комиксы. Издательство тогда испытывало небывалый творческий и финансовый подъем, и было заинтересовано в сотрудничестве с мастерами своего дела. Вуд бросил пить и был готов работать.

  Стэн Ли не скупился на похвалу Вуду. «Под блестящим художественным руководством известного иллюстратора Уолли Вуда Daredevil достиг новых вершин славы!» - такой была надпись на обложке первого выпуска серии, нарисованном Вудом. В кои веки гиперболизированные заявления Ли не были упражнениями в пустословии. Вуд на посту художника новой серии Daredevil заменил бывшего коллегу и друга, Джо Орландо.  И хотя до этого Уолли нарисовал всего несколько супергероических комиксов, он быстро овладел тонкостями жанра. Его арт придал комиксу лоск и элегантность, равно как и привнес в Daredevil инновации. Уже к седьмому номеру серии Вуд избавился от желтого костюма героя, заменив его на красно-черный. Фаны от редизайна оказались в восторге. На деле дизайн Вуда используется в серии до сих пор, став стандартом Daredevil.

  Ненадолго казалось, что Вуд обрел желанный покой, но проблемы продолжали множится. Как всегда, дело касалось контроля. В 1964 году на Marvel работали три художника-суперзвезды: Джек Кирби, Стив Дитко и Уолли Вуд. Редактор-сценарист Стэн Ли заправлял всем, попутно занимаясь написанием сценариев к почти всем издающимся сериям. Ради экономии времени и труда, Ли все больше вверял художникам писать сценарии к собственным комиксам. Вместо работы по «полному сценарию», как это предпочитали делать в DC, Ли работал по собственному «методу Marvel» -  сообщал художникам синопсис серии, а затем, после того, как те заканчивали комикс, добавлял диалоги и captions. Поначалу план работал как часы. Ли мог писать сценарии к десятку выпусков в месяц, а художники наслаждались практически не ограниченной творческой свободой. Но с течением времени три ключевых художника компании все больше разочаровывались в Ли и его методах работы. В итоге, все три поняли, что, по сути, являются соавторами сценариев, но не получают за это соответствующий гонорар.

  Вуд обратился к этой теме в статье для Woodwork gazette. Он описал редактора по имени «Стэнли», который «придумал две надежных идеи… первой было «А почему бы не дать художникам ПИСАТЬ комиксы, которые они рисуют?»… А второй было «ВСЕГДА ПИШИ СВОЕ ИМЯ СВЕРХУ… БОЛЬШИМИ БУКВАМИ».

  Вуд и его коллеги по Marvel были мастерами в том, что касалось сочинительства историй. Вуду не нужна была помощь в создании диалогов и сюжетов. Как только он и другие авторы поняли, что Ли присваивает себе часть их заслуг, все покинули издательство.

  Дитко, Кирби и Вуд пожелали иметь над создаваемыми ими историями полный творческий контроль, а также иметь возможность числиться единственными создателями последующих комиксов. Разумеется, ли не желал делиться полномочиями. Стив Дитко в итоге ушел, оставив The Amazing Spider-Man в 1966 году, чтобы сконцентрироваться на собственном стрипе Mr. A. Кирби покинул Marvel, уйдя к конкурентам в лице DC с идеей создания The Fourth World.

  В 1965 году Гарри Шортен из Tower Publishing предложил Вуду возможность создать и затем редактировать целую линейку комиксов. Тридцатисемилетний Вуд мгновенно воспользовался своим шансом. Он называл предложение Шортена «мечтой воплоти». Вуд мог создать всех героев, рисовать все серии, все обложки и писать все комиксы самостоятельно. И ничего, кроме полного контроля над производством комиксов, Уолли не хотел.

  С 1965 по 1969 год Вуд и команда талантливых художников выпустила T.H.U.N.D.E.R. Agents, Dynamo и несколько других серий. Вуд нарисовал большую часть историй и их обложки. Он писал, редактировал, планировал и переписывал сюжеты, и нанял своих знакомых по EC друзей Эла Уильямсона и Рида Крэнделла, чтобы те помогли ему с артом. Стив Дитко и Джил Кейн также поучаствовали в создании отдельных номеров. Вуд заправлял всем и по странному стечению обстоятельств занял в Tower должность эдакого Стэна Ли.

  T.H.U.N.D.E.R. Agents быстро стали фаворитом публики, и именно за эту серию Вуд получил третью премию Национального Общества картунистов в 1965 году. Сюжеты серии были простыми, но ясными и чистыми, а сценарии отражали переживания самого Вуда. Отдельным украшением были обложки Вуда – мощные и элегантные. Все комиксы были созданы в тесном сотрудничестве между Уолли и другими авторами (некоторые из которых впоследствии сами стали комикс-легендами, как тот же Уильямсон): в одном выпуске Эл Уильямсон мог покрывать тушью рисунок Вуда, а в другом Вуд мог выступать в роли инкера Стива Дитко.

  Формат и проблемы с дистрибуцией в итоге стали причиной краха Tower, но для Вуда это не значило ничего. Он доказал, что может быть редактором, художником и сценаристом. Может руководить. Оставался только вопрос издания комиксов, но и в этом направлении Вуд уже предпринимал первые шаги.

  В 1965 году поклонник и коллега Вуда Дэн Эдкинс, бывший профессиональным иллюстратором, попросил его создать стрип для прозина Outlet. Вскоре издание переименовали в Et Cetera, а позже и в witzend!. Вуд мигом понял, что такой журнал позволит ему публиковать свои истории, не опасаясь редакторского надзора. Вуд, в то время создающий первый выпуск T.H.U.N.D.E.R. Agents, согласился помочь Эдкинсу, но с условием, что он опубликует историю самостоятельно. Чтобы смягчить удар, Вуд пригласил Дэна к себе в студию. Эдкинс согласился, и вскоре бросил свою основную работу (рекламный  агент) чтобы присоединиться к команде Уолли. Вот так Вуд, бывший редактором, сценаристом и художников в одном лице, стал еще и издателем!

  В прошлом уже существовали комиксы, которыми полностью владели их авторы. Fighting American полностью принадлежал Джо Саймону и Джеку Кирби, а The Spirit был собственностью Уилла Айснера. Были и другие комиксы, но успешным в долгосрочной перспективе оказался только эпик Айснера, но и тот не производился с 1952 года – с того времени, как Уиллу ассистировал сам Вуд. Теперь, наконец, настала очередь Уолли Вуда попробовать себя в издательском бизнесе.

  Вуд создал  для witzend несколько новых героев. Некоторые были основаны на концептах, придуманных им еще в детстве. И хотя Вуд теперь мог писать и рисовать собственные комиксы такими, как он их задумал, он понимал, что не может в одиночку вытянуть на себе весь журнал. Когда первый выпуск witzend лег на полки, Вуд уже пригласил сотрудничать с ним других художников. В witzend дебютировали Mr. A Стива Дитко и Orion Грея Морроу. Вуду в создании одного из самых лучших прозинов в истории помогали Дэн Эдкинс и Билл Пирсон. Стоит заметить, что одновременно с созданием проекта мечты, Вуд параллельно участвовал в производстве линейки комиксов Tower.

  Уолли часто жаловался на низкие расценки на труд в индустрии, но с радостью посвящал многие неоплачиваемые часы производству witzend. Целью Вуда не были деньги, но, скорее, то, что они олицетворяли. Деньги для него означали уважение, а вместе с ним и свободу. Свободу от издателей и редакторов.

  witzend был революционным журналом, во многом определившим направление развития многих авторских работ. Само существование такого журнала было сигналом: теперь возможно было зарабатывать на своих комиксах, не теряя при этом права на них, не продавая свое драгоценное творение за копейки. Свобода, которой был наполнен witzend вдохновила многих независимых авторов. Крупнейшими были, пожалуй, Роберт Крамб, Гилберт Шелтон, Спейн Родригез и Арт Шпигльман.

  Журнал Вуда был вдохновляющим, но это не означало, что он был прибыльным. В то время не было ни магазинов по продаже комиксов, ни самой системы direct sales. Все заказы отправлялись по почте, что автоматически означало низкие продажи и трудности с доставкой. Вуд любил свободу и контроль, это правда. Но witzend просто был убыточным. Вуд в итоге передал редакторские бразды правления Биллу Пирсону, а сам продолжил сочинять для журнала комиксы.

  Для witzend Вуд рисовал не так много историй, но при этом фанатов у художника не убывало. Напротив, их количество росло с каждым новым выпущенным Уолли комиксом, коих он создавал множество. Фанат жанра в шестидесятых годах мог видеть имя Вуда везде. Художник рисовал для всех издателей, начиная с Dell, для которого он писал M.A.R.S. Patrol, и заканчивая Warren с его Creepy и Eerie. Он сочинял комиксы для Harvey, придумав Earthman и Miracles. Inc. Часто комиксы Вуда, бывшие короче основных фичеров, затмевали все напечатанные в выпусках серии.

  Классические комиксы Вуда издавались и в репринтах. Ballantines издали толику его EC-материала, а в сборнике Tales of the Incredible перепечатывали его научно-фантастические и хоррор-комиксы.

   Для Gold Key Вуд нарисовал адаптацию картины Fantastic Voyage, а в журнале Galaxy публиковались роскошные иллюстрации Уолли (между 1957 и 1967 он нарисовал около 160 полноформатных иллюстраций). Помимо этого Вуд нарисовал персонажей для Mars Attacks!, создал несколько обложек для виниловых пластинок и был автором рекламных постеров Алка-Зельцер.

  Как один человек мог быть настолько продуктивным?

  На самом с Уолли на протяжение многих лет сотрудничали многие другие авторы. В пятидесятые годы он работал преимущественно с Джо Орландо, Гарри Гаррисоном и Сидом Чеком. В последующие годы ему ассистировали Дон Эдкинс, Ральф Рис, Уэйн Ховард, Ларри Хама и Билл Пирсон. И все же несмотря на вносивших свою лепту помощников конечный продукт творчества Вуда всегда выглядел узнаваемым. Комикс Уолли невозможно было спутать ни с чем. Количество и качество его работ были беспрецедентно высокими, плюс Вуд всегда следил, чтобы качество его работ никогда не страдало.

  Стремление Вуда контролировать все было отражено в самой студии художника. Многие файлы, хранимые в ящиках столов, были подписаны на случай, если возникнет необходимость в их копировании. Все ассистенты Вуда были молодыми, амбициозными авторами, буквально молившимися своему наставнику. Вопроса о том, кто был главный, просто не возникало.

  Сотрудничество, впрочем, было взаимовыгодным. Вуд был плодовит и запросто мог работать в одиночку, но был застенчивым интровертом. Он наслаждался компанией молодых людей, чья энергия придавала ему сил. Его помощники занимались монотонной работой: стирали карандашные штрихи, рисовали или покрывали тушью бэкграунды. Вуд же с радостью делился с ними знаниями о ремесле, полученными им в течение десятилетий. Ральф Рис описал, каково было работать с Вудом в шестидесятые годы:

 

«… после чего мне было поручено следить за его подшивками. Они были великолепны! Он, должно быть, имел около тридцати ящиков с вырезками и я все их упорядочивал. Да и саму студию я содержал в чистоте. Когда я впервые встретил Уолли, он работал в одной студии на протяжение двенадцати лет, так что она была порядком захламлена. Когда я впервые увидел его студию, я не мог понять, что свисает с потолка. Это были какие-то штуковины, обернутые серым фетром. Ими оказались сотни моделей самолетов, свисающих с нитей, покрытых пылью».

 

   В тот период в жизни Вуда доминировал контроль. Художник много работал, выдавая страницы комиксов с удивительной скоростью. Частично это было обусловлено тем, что он хотел загрузить работой своих ассистентов. Но, и это очевидно, Вуд просто занимался любимым делом, радуясь тому, что он востребован.

  Когда к концу подходили шестидесятые годы, Вуд все еще был топовым художником, работающим много, но нигде подолгу не задерживающимся.  Он вернулся к Marvel в 1969 году после того, как покинул издательство в 1965 ради работы с Tower. В течение года художник вновь расстался с Marvel. Стэн Ли ослаблять свою хватку даже не думал, а Вуду трудно было после многих лет работы соло выслушивать чьи-то приказы. В 1970 он проиллюстрировал четыре эпизода Astonishing Tales, сценарий к которым написали Рой Томас и Ларри Либер. О также написал и нарисовал несколько коротких зарисовок для комикса Tower of Shadows.

  Будучи бесподобным инкером, Вуд во многом полагался на свое ценное умение работать с чужим материалом. В соавторстве с Россом Андрю в 1971году Вуд создал первый выпуск Kull the Conqueror. Годом позже он выступил инкером первого номера Claws of Cat, где его партнером была Мари Северин. Так он и работал: выдавал один-два выпуска, а затем занимался другими проектами, нигде не задерживаясь.

  C DC ситуация повторялась. В 1969 году Вуд был инкером серии Superboy, покрывая тушью рисунок Боба Брауна. В том же году он помог Бобу Окнеру нарисовать юмористический Angel and the Ape и создал пару выпусков Anthro с Хови Постом.

  В семидесятых судьба вновь свела вместе Вуда с его коллегой по The Spirit Джерри Гранденетти. Уолли выступил инкером множества работ Джерри, таких как комиксы для House of Mystery, House of Secrets, Tales of the Unexpected, The Withcing Hour. Вуд был художником разносторонним, но иногда ему предлагали работы, явно для него неподходящие. Вуд никогда не отказывался. В 1971 году он нарисовал выпуск Wonder Woman с Майком Сековски. А чуть позже он работал с Джилом Кейном над одиночными номерами Green Lantern и Captain Action.

  Куда более подходящими журналами для Вуда были три великолепных детища Warren: Creepy, Eerie  и Vampirella. Для них Вуд сочинил множество прекрасных комиксов, часть из которых и сегодня выглядит впечатляюще. Вуд по-прежнему работал много и стабильно, но у него не было какого-то особого плана, заветной цели, которую он стремился покорить. Мигрени вернулись, а вместе с ними вернулся в жизнь Уолли и алкоголь. Годы тяжелого труда и выпивка подорвали здоровье Вуда.

  Вместе с его состоянием ухудшалось и качество его арта. Его воображение угасало, а комиксы все чаще выходили сделанными по единой формуле. Вуд всегда отдавал предпочтение проверенным методам (и даже создал своеобразную Библию картунистов – 22 кадра, которые всегда работают), но в его лучших работах была видна его страсть к изображению оригинальных вещей, чудных придумок и диковинок. Когда ему стукнуло сорок с лишним, технически к его работе невозможно было придраться, но удивлять Вуд перестал.

  В семидесятых «формула» заменила для художнику остальные методы работы. Его арт все еще был прекрасен, это верно. Но что-то неуловимое в нем изменилось. Герои Вуда стали выглядеть одинаково, отличить их друг от друга помогали только костюмы. Они словно были собраны по шаблону. Чрезмерный контроль аукнулся Вуду, высосав всю жизнь из его творений.

  Злоупотребление выпивкой также на пользу художнику не шло. Вуд все больше полагался на помощников в студии, чем на свой талант. Стремясь выдать как можно больше страниц, Вуд просил своих коллег имитировать его стиль. Чтобы помочь им это сделать, он разложил элементы своего стиля на составляющие – формулы и уловки – которые легко можно было имитировать. Вуд увеличил число выпускаемых комиксов, взяв за правило перерисовывать свой уже созданный ранее арт. Бессмертной стала его цитата, часть которой гласит «никогда не рисуй, если можешь обвести». В итоге, арт Вуда стал однообразным. Все выглядело одинаково.

  От случая к случаю Вуд рисовал не по нужде, а для души. Периодически Уолли сам брался за написание и рисование комикса без чьей-либо помощи, просто чтобы посмотреть, может ли он еще это делать. Две его истории из  того периода, «Sno’ Fun!» для House of Mystery в 1972 году и «To Kill a God», напоминают о днях его былой славы. Обе невероятно красивы.

  Обе демонстрируют лучшие качества Вуда: бесподобный дизайн панелей, умение грамотно ставить сцены, заоблачного качества умение рисовать. Фанаты Вуда таким вещам радовались, но вместе с этим и грустили: почему Уолли не может каждый комикс рисовать на таком уровне?

  Проблем крылась не только в использовании ассистентов. Вуд с годами утратил страсть к рисованию, ему нужен был новый творческий вызов. В EC он создавал комиксы, соревнуясь с величайшими художниками, и рисуя по сценариям прекрасных сценаристов – Эла Фильдштейна, Рэя Брэдберри, Харви Курцмана. Вуд должен был стараться, чтобы соответствовать требованиям EC, и он старался. Для DC и Marvel стараться не было смысла – в начале семидесятых обе компании пребывали в творческом поиске, и места в них Вуду просто не находилось.

  Проблемы Вуда с алкоголем только ухудшились. Он боролся с алкоголизмом всю свою жизнь. Будучи юным, эмоционально зажатым и стеснительным, Вуд открыл для себя «лекарство» от этих болезней. Пара глотков виски помогала ему стать раскованнее, разговориться. Выпивка позволяла Вуду расслабится, и была верным компаньоном в течение долгих рабочих ночей. Вуд не был одинок. В то время картунисту для заработка на жизнь в обязательном порядке нужно было рисовать много, поэтому в индустрии многие авторы любили выпить. Коллеги Вуда по EC, Рид Крэндал и Грэм Инглс, например, тоже выпивали. Кто-то поборол свою тягу, кого-то она свела в могилу. Вуд никогда не переставал пить надолго, веря в то, что он может контролировать свой порок.

   В 1969 жизнь Вуда круто изменилась – он развелся с Татьяной, с которой жил с 1950 года. Художник стал пить еще больше. Други коллега Вуда, Билл Пирсон, описал тогдашнюю ситуацию:

 

«Его брак… кончился примерно в конце шестидесятых. Он совсем не пил с 1965 года и до тех пор, я об этом знаю, и причиной тому была как раз Татьяна. С течением времени, полагаю, она стала ему больше матерью, чем женой, это была естественная эволюция. Ему нужно было, чтобы кто-то напоминал ему когда есть, когда ложиться спать, когда менять носки. Ему надоело, что она управляет расписанием его дня, и он развелся с ней. Она все еще его любила, и с радостью принимала его в любое время, пожелай он нанести визит в последующие годы.»

 

  Вуд взбунтовался против единственного человека, которому позволял себя контролировать. Предсказуемо, но результат этого был трагический. Вуду потребовалась помощь психиатра. В итоге Вуд женился на своем терапевте.

  Билл Пирсон описал вторую жену Вуда как «красивую и умную», имеющую трех детей от прежнего брака женщину. К сожалению, Уолли так и не научился сосуществовать с другими людьми. Его раздражали дети, а он не мог свыкнуться с образом жизни жены (а она, соответственно, с его бытом).

  По утверждению Стеранко брак Вуда продлился три года – с 1970 по 1973. Для Уолли настали темные времена. Его личная жизнь лежала в руинах, а здоровье было подорвано ночными бдениями, алкоголем и курением. Ему было за сорок, и чувствовал он себя на свой возраст. У него было очень высокое кровяное давление, а зрение ухудшалось катастрофически. Вуд обнаружил себя, болеющего и стареющего, на задворках индустрии, которой он не интересовался. В 1978 году он сказал:

 

«Я закончил с комиксами – во всяком случае делать их для кого-то я не буду. Я знаю, что художников комиксов обдирали так долго, что они даже не знают, что у них есть права! Нет медицинского обслуживания, нет пенсионных отчислений, нет денег с репринтов… Я думаю, многие начинают в индустрии потому, что любят ее, но по пути, когда они становятся умнее, они находят себя запертыми в ней, слишком старыми, чтобы начать все заново…».

  Вуд видел, что индустрия обращается плохо не только с ним. Его коллеги по EC, Билл Фингер, Рид Крэндалл и Билл Эверетт разделили его судьбу. В конце семидесятых годов даже Джек Кирби ушел из комиксов, разочаровавшись в индустрии.

  Вуд знал что почем. Он был разочарован в комиксах и чувствовал себя обманутым. Но за свою жизнь Вуд также сжег немало мостов. Он близко принимал к сердцу критику его работ, затаивал обиду и тем самым отсекал одну карьерную возможность за другой. Харви Курцман описал Вуда как «талантливого», но «подавляющего свои чувства» художника. Это было правдой. Вуд молча терпел критику, а затем позволял гневу доводить себя до кипения. А потом Вуд взрывался.

  Так он лишился работы в MAD. Так он потерял должность в Marvel.  В конце концов его импульсивное поведение еще больше способствовало изоляции художника от общества. В 1972 году Билл Гейнс сказал, что помнит Вуда как «задумчивого и… некомпанейского». Фильдштейн сказал, что Вуд «был очень осторожным, не подпуская никого близко к себе».

  В течение всей своей карьеры Уолли рисовал персонажей-одиночек, аутсайдеров, подобно их автору. Кэннон, Андор, Билл Кэш, Сабмаринер были изгоями. Вуд чувствовал родство с героями, которых не понимали и не принимали, героями, прятавшими эмоции за маской безразличия. Вуд держал свои чувства в узде, чувствуя, что только через свой арт может выразить их правильно.

  С течением времени арт Вуда стал более холодным и отстраненным, но так ли это удивительно? Он был человеком страстным, но боялся показывать эмоции. Со временем ему становилось сложнее изображать эмоции и на странице комикса.

  В конце семидесятых Вуд был подавлен. Неудачный брак, чувство неудовлетворенности жизнью, слабое здоровье. Жизнь Уолли Вуда вышла из под контроля.

  Примерно тогда же Вуд начал рисовать порнографию. Для известной газеты Screw Вуд рисовал порнографические стрипы и обложки. Он настолько был разочарован комиксами, что рисование порно для издателей, вроде Эла Голдштейна ему казалось шагом к спасению. Уолли, впрочем, работа нравилась, плюс ему разрешили оставить права на стрипы себе.

  На самом деле такой карьерный шаг для Вуда не был удивительным. Даже в пятидесятые годы изображаемые им женщины были любимой частью его комиксов. Он рисовал чувственные пародии для MAD, и заставлял сердца мужчин биться чаще, работая над рисунками для Playboy, Cavalcade, Dude и Gent (для трех последних, например, писал тогда еще никому не известный Стивен Кинг). Для witzend Вуд тоже создал пару эротических комиксов высшего качества. В 1967 году он создал стрип Pipsqueak Papers, героиней которого была девушка-эльф, часто изображаемая нагой. Годом спустя он создал юмористический секс-стрип Sally Forth для Overseas Weekly. Это была пародия на Little Annie Fanny, легковесная и забавная.

  Для Screw Вуд рисовал совсем иные вещи. Все еще великолепно нарисованные, его стрипы становились злее по отношению к женщинам. Особо жуткой выглядела Malice in Wonderland, в одной из сцен которой героиню насиловали. Через свой арт Вуд явно выражал обуревающие его тогда чувства.

  Он развелся со второй женой. Ненужно быть психиатром, чтобы понять, что творилось в голове Уолли. Брак был для него очередным разочарованием. Мечтатель Вуд грезил об идеальной женщине, но реальность все расставила по местам.

  Вуд всегда идеализировал женщин, но никогда они не могли соответствовать его стандартам. Третий брак Вуда был заключен в 1977 году, но и он окончился разводом.

  Разочарование Вуда нашло выход в его творчестве. В 1975 году он нарисовал трехстраничный комикс для взрослых My Word. В нем он описал своих фанатов как кучку утративших в него надежду людей, а издателей выставил мафиозной шайкой. Стрип оканчивается панелью, в которой художник лежит в могиле. История эта была грустной, но и одновременно одной из лучших в портфолио Вуда. На миг казалось, будто прежний Уолли Вуд воскрес.

  А потом ему вновь пришлось работать на DC. Разочарование пожирало Вуда, но что он мог поделать? На жизнь ведь нужно было чем-то зарабатывать. В 1975 и 1976 годах он был инкером проекта Стива Дитко The Stalker, и выступил колористом одного номера The Sandman Джека Кирби. За этим последовали шесть выпусков покраски Рика Эстрады в Richard Dragon, несколько номеров Kung-Fu Fighter и девять выпусков Hercules unbound.

  Работа Вуда выглядела профессиональной, но пустой. В то же время Вуд рисовал обложки для журнала Plop!, а также красивенные выпуски All-Star Comics.

   В свои пятьдесят с лишним лет Вуд все еще был наемным автором, что его несказанно мучило. И тут в один день он решил: хватит!

   Он написал о своем желании в первом номере Woodwork Gazette:

 

«Это случилось пару недель назад, когда я готовился начать работать на Marvel или DC. Внезапно я осознал: ЖИЗНЬ СЛИШКОМ КОРОТКА! У меня есть дела поважнее, чем создавать очередной тупой комикс за гроши».

 

  На собственные деньги художник основал свое издательство, памятуя об успехе witzend и надеясь на лучшее. Только если witzend он начал потому, что ему хотелось новизны, в этот раз он поставил себе цель сделать новое издательство прибыльным.

   В те времена, когда системы direct sales еще не существовало эта затея казалась в равной степени смелой и глупой. Но Вуд уже все для себя решил. Он начал работать. Продажа оригинального арта и деньги с репринтов помогли ему профинансировать свою мечту. На стороне Вуд подрабатывал, выступая в качестве инкера для DC, и рисуя порнографию, но все его усилия отныне были направлены на развитие собственного издательства.

  Он планировал начать с малого – с двух репринтов разных серий. Первой стала Sally Forth, а за ней последовал Cannon. Обе серии были созданы Вудом в конце семидесятых годов для Overseas Weekly и Heroes, Inc, и поскольку работа над ними уже прекратилась, их репринт был верным, просчитанным шагом.

  У Вуда были и другие идеи. Он хотел выпускать комиксы в делюкс-формате, напечатанные на дорогой бумаге. Эти комиксы должны были продаваться за 3.35$ (это в то время когда обычный сингл стоил 35 центов), но Вуд надеялся не на большие тиражи, а на лояльную аудиторию.

  В конце семидесятых индустрия комиксов пребывала в печальном состоянии. Вуд не жаловался, делая все, что возможно, для развития медиума. Он запустил Foo (Friends of Odkin) - фан-клуб Уолли Вуда - а также The Woodwork Gazette. Он планировал продавать репринты Cannon и Sally Forth своим самым преданным фанатам, а на вырученные деньги финансировать иные проекты.

  И что это были за проекты!

  Вуд мечтал о запуске журнала в духе Heavy Metal, названного Warp. Эта антология должна была всецело принадлежать ему: Уолли планировал использовать ее в качестве площадки для воплощения любых своих идей. Knotty Woodwork планировалась как коллекция его эротических работ. Была задумана и серия комиксов Wizard King – нечто в духе Толкиена, этакое масштабное фэнтези, идею которого Вуд вынашивал с детства.

   Woodworks был еще одной мечтой. Уолли хотел издать десятитомник всех своих комиксов, на которые у него только имелись права. Позже эта идея трансформировалась несколько иную – Woodworks теперь было решено издать в виде одного толстого тома объемом в пятьсот страниц. Вуд грезил о создании романов в прозе, графических романов и фильмов. Сама возможность создать нечто подобное казалась ему опьяняющей. Несмотря на все свои поражения, Вуд все еще оставался поклонником комиксов.

  Он считал, что база в 5000 читателей должна была поддержать его самого и его кампанию на плаву. Начал же Вуд с производства тысячи копий репринтов. В порыве безумия он пообещал, что нарисует персональный скетч любому, кто заплатит больше 10 долларов за вступление в его фан-клуб. Об этом решении он вскоре пожалеет, поскольку ему и его ассистентам в итоге пришлось нарисовать около восьмисот крупных скетчей.

  Мечта Вуда была грандиозной, но неосуществимой. Десятью годами ранее, когда он был моложе и активнее, он бы, без сомнения, справился с нагрузкой. Но алкоголизм сильно повредил его здоровье. Он пережил три сердечных приступа, последний из которых лишил его зрения в левом глазу. С тяжелым сердцем в письме фанатам Вуд объявил о закрытии издательства. Он успел издать всего по четыре выпуска Sally Forth и Cannon, а также два тома Wizard King.

  Последние годы оказались худшими в жизни Уолли Вуда. Он описал свои проблемы со здоровьем в письме для Woodwork Gazette:

 

«Первое, что я заметил, был мой левый глаз… все начинало вибрировать, а потом я уже не мог ясно видеть… Когда я попал на прием к окулисту, я уже не мог читать… ИЛИ РИСОВАТЬ… Мне приходилось заклеивать левую лизну очков скотчем, настолько плохи дела были с моим глазом. Сам глаз был в порядке, но изображение было расплывчатым, искривленным… Окулист измерил мое давление и сразу же направил меня в больницу. В то время мое кровяное давление было 210…»

 

  Нет ничего более ужасного для художника, чем потеря зрения. Это как болезнь Альцгеймера для писателей – худший кошмар, о котором лучше даже не задумываться, настолько жуткой кажется перспектива. Но Вуду стало еще хуже:

 

«Это было в январе 1978 года. У меня случился «небольшой» приступ. Я обнаружил, что больше не могу печатать на пишущей машинке… или играть на гитаре. А потом я обнаружил, что хромаю. А потом я в первый раз упал. Я падал на землю больше ста раз за последние два года… А потом я пережил еще один приступ. Пока их было всего четыре…»

 

  Под конец жизни друзья Вуда начали более активно помогать ему. Билл Пирсон вспоминает, что был Вуду «родителем, говорящим все чаще «нет», чем «да». Пирсон занимался всем, чем Уолли уже не мог: отвечал на звонки, печатал тексты, был леттерером, общался с издателями. Он делал все, что было в его силах, чтобы со стороны Вуд казался активным художником, хотя на деле Уолли был почти инвалидом.

  В свои последние годы Вуд вновь взялся за рисование порнографических комиксов. Gang Bang!, например, был последним комиксом, над которым он работал. Ассистенты Вуда производили все остальное, поскольку сам художник уже просто не мог выдать качественный арт.

  Вуд все чаще посещал госпиталь для ветеранов, и выглядел как живой мертвец. Он поделился своими последними бедами с читателями в финальном выпуске Gazette:

 

«Теперь я обнаружил, что у меня отказывают почки… Доктор в Нью Хэвен объяснил мне, что они работают всего на 10% от общей мощности. И что мне скоро потребуется диализ или трансплантация почки».

 

  Вуд больше не мог контролировать даже свое тело. Диагноз ужасал его. Идея быть прикованным к машине для диализа угнетала его. Не способный больше рисовать, Вуд отказался сдаваться на милость обстоятельствам.

  В последний раз его видели живым 31 октября 1981 года. Его тело обнаружили третьего ноября. Вуд застрелился из револьвера, бывшего частью его коллекции.

  Когда в конце семидесятых годов у Вуда брали интервью и спросили, сожалеет ли он о своей карьере, он ответил так:

 

  «Если бы мне пришлось всего добиваться заново, я бы не стал этого делать… и все же я не жалею, что нахожусь там, где оказался».

 

  Так стоило ли оно того? Стоило ли прожить жизнь, полную рабского труда и лишений, ради того, чтобы выстрелить себе в висок? Стоило ли так много работать, жертвовать ради создания комиксов жизнью, здоровьем, любовью?

  Фанаты творчества Вуда могут сказать, что да, оно того стоило. Вуд рисовал одни из самых любимых, самых красивых комиксов в истории. Его читатели продолжают чтить его наследие до сих пор. Множество статей было написано о Вуде, включая амбициозную серию в семи частях для журнала Outre.

  Друзья Уолли продолжили выпуск его работ. Билл Пирсон не только взял на себя должность редактора witzend после смерти Вуда, но и издал в начале восьмидесятых годов два тома The Wallace Wood Sketchbooks, содержащие ранние наброски художника. А позже Пирсон в соавторстве с Дэвидом Сперлоком издали прекрасный Wally Wood Sketchbook – еще одну коллекцию работ Вуда.

  Fantagraphics также оказалось большим поклонником Вуда. Пирсон и издательство выпустили множество репринтов работ Вуда, включая те, о которых мечтал сам автор при жизни. Увидели свет The Complete Sally Forth и The Complete Cannon, а также переиздание Naughty Knotty Wood.

  В 1991 году Marvel посвятило целый том своей линейки masterworks Вуду, собрав под одной обложкой его ран на Daredevil. А комикс Вуда Dr.Doom был собран в сборнике The Marvel Art of Wally Wood.  Были переизданы в «архивах» T.H.U.N.D.E.R. Agents. IDW запустили свою линейку дорогущих Artist Edition, напечатав репринт комиксов Вуда его периода работы в EC. Fantagraphics издало два толстых сборника черно-белых отреставрированных комиксов Вуда.

  Нельзя забыть и о подвиге Расса Кокрана – фаната EC и издателя комиксов. В течение двадцати лет он издал все комиксы, выпущенные EC Comics в формате огромных слипкейс-сетов, ныне стоящих немыслимые деньги. Благодаря ему каждая страница, нарисованная Вудом, была сохранена на века.

  Билл Гейнс также заслуживает уважения. Как издатель EC, он сохранил весь оригинальный арт Вуда и его коллег. Гейнс также способствовал выпуску репринтов MAD, в том числе и работ Вуда, созданных для журнала.

  Большинство работ Вуда до сих пор хорошо продается и заслуживает того. Его художественное наследие не было забыто, и, возможно, в этом плане жертвы Вуда были оправданы.

  С человеческой же точки зрения…

  Жизнь Вуда была противоречива. Его комиксы были вершиной жанра, доказательством совершенства, достигнуть которого мечтает любой художник, но в то же время жизнь его страдала от недостатка в ней баланса. Полностью посвятив себя искусству, Вуд создал шедевральные комиксы, возложив в качестве жертвоприношения на алтарь искусства свое здоровье. Последние годы жизни Вуда были сущим кошмаром. Если бы он только прислушивался к тем, кто его любил, и заботился о своем здоровье, он, возможно, встретил старость в статусе живой легенды.

  Вуд не мог позволить себе остановиться. Он считал, что может продолжать работать, полагаясь только на силу воли. Всем нам нужен отдых и место, где мы можем отдохнуть. Вуд никогда не понимал простой истины: необязательно разрушать себя, чтобы быть хорошим художником. Многие авторы прожили счастливые жизни, создав при этом гениальные комиксы. Уилл Айснер и Джо Куберт первыми приходят на ум.

  Как поклонник творчества Вуда, я ценю его комиксы, но не могу не задаваться вопросом «а что бы творил трезвый и здоровый Вуд?». Чтобы Уолли рисовал в те две декады, подаренные ему здоровым образом жизни, нормальным питанием и душевным равновесием? К сожалению, этого мы никогда не узнаем.

  Работать до смерти кажется романтичным в юности, но Вуд должен был осознавать негативные последствия такого решения в старости. Он должен был знать, что нельзя контролировать все и всегда.